Что не является источником международного частного права. Источники международного частного права - форма выражения государственной воли. Автономия воли субъектов правоотношения как источник международного частного права
В МЧП источниками правового регулирования выступают: международные договоры (конвенции, договоры и соглашения); национальное право (национальное законодательство и другие источники национально-правового регулирования); международные обычаи и судебная практика.
Источниками МЧП следует признать различные внешние формы выражения права, содержащие как нормы частного права, так и нормы публичного права, предназначенные для регулирования международной хозяйственной деятельности, выступающей как внешнеэкономическая и финансовая деятельность субъектов в мировом хозяйстве .
К источникам МЧП относятся следующие виды правовых регуляторов. Во-первых, гражданско-правовые, гражданско- процессуальные нормы и иные нормы имущественного и личного неимущественного характера с иностранным элементом, включая коллизионные нормы, нормы национального законодательства государств. Во-вторых, унифицированные и гармонизированные правовые нормы международных договоров, принятые в рамках многосторонних согласований при участии организаций и органов системы ООН. В-третьих, унифицированные и гармонизированные нормы-принципы рекомендательного характера, принятые в рамках неправительственных международных организаций по вопросам международной коммерческой деятельности. В-четвертых, нормы-обычаи и резолюции-рекомендации международных организаций в сфере международного коммерческого оборота. В-пятых, гражданско-правовые, гражданско-процессуальные нормы и иные нормы имущественного и личного неимущественного характера с иностранным элементом, включая коллизионные нормы иностранных государств. В-шестых, судебная, арбитражная практика, доктрины МЧП.
Под понятием источников МЧП подразумевается также такая правовая форма, которая предназначена для регулирования международной торгово-экономической, финансовой и трудовой деятельности с учетом ее особенностей. Правоотношения, входящие в область МЧП, являются как имущественными, так и личными неимущественными, представляя собой переплетение национальных и международно-правовых начал, действующих совместно и неразрывно. Это находит свое отражение и в системе источников МЧП.
В отечественной юридической литературе были высказаны различные точки зрения о том, входит ли МЧП в состав международного права или же относится к внутреннему праву (Μ. М. Богуславский).
Согласно господствующей концепции МЧП принято рассматривать как особую отрасль права, что обусловлено преимущественно гражданско-правовой природой отношений, регулируемых МЧП, учитывая при этом особенности как самих отношений, возникающих в международном обороте, так и их регулирования, в частности международно-договорное происхождение значительного числа источников МЧП.
Каждое государство применяет в области регулирования отношений с иностранным элементом не одни и те же нормы МЧП, общие для всех государств, а различные нормы, за исключением случаев использования унифицированных норм международных договоров и общих начал международного права.
Правовое регулирование международной торгово-экономической, коммерческой и финансовой деятельности осуществляется международными договорами, актами внутреннего (национального) законодательства, обычаями делового оборота (торговыми обычаями), судебной, арбитражной практикой и доктриной. Эти источники находятся между собой в сложных юридических взаимоотношениях, обусловленных коллизиями норм различных правовых систем и различной отраслевой принадлежности.
Международные торгово-экономические договоры выполняют координирующую функцию в процессе организации правового регулирования торгово-экономических отношений разных стран. Международное публичное право, МЧП и право международных организаций включают значительный массив международных торгово-экономических договоров, возникающих как из правовой организации международных торгово-экономических отношений, так и из соответствующей компетенции международных экономических организаций, их разрабатывающих и внедряющих в мировой хозяйственный оборот. Международные торгово-экономические договоры, как источники МЧП, помимо координирующей роли в совершенствовании гражданского законодательства национальных государств, признаются авторитетными эталонами оценки уровня его развития (см. Принципы УНИДРУА).
Это обеспечивается спецификой структуры и содержания международных торгово-экономических договоров, представляющих собой комплекс базовых норм и принципов международной коммерческой деятельности. Известный юрист-международник Е. Т. Усенко отмечал, что когда речь идет о соотношениях различных национальных правовых систем, то возникает проблема более сложная, чем регулятивные возможности международного частного и публичного права в международных коммерческих отношениях, поскольку речь идет о категориях различных систем права.
На развитие МЧП оказывают влияние основные факторы современной действительности. Во-первых, в условиях глобализации и информатизации мирохозяйственных связей в мировом хозяйстве значительно возросла роль денежного оборота, финансов, банковских операций, отдельных видов сырья, товаров, работ, услуг, ранее не игравших доминирующую роль в мировом хозяйстве (телекоммуникации, информационные технологии, товары массового спроса, международные банковские услуги и др.). Во-вторых, повышение международного значения фактора миграции рабочей силы в сфере торговли услугами из-за политических, социальных, национальных причин, отсутствия национальных рынков занятости, для получения образования. В-третьих, проявление новых граней научно-технического прогресса требует активизации обращения к средствам МЧП, поскольку оно оказывается все более необходимым для предотвращения "столкновения" российских и иностранных законов и формирования унифицированной юридической основы сотрудничества, усиления защиты прав и интересов участников международного имущественного обмена и финансового оборота.
Все это имеет принципиальное значение для дальнейшего развития МЧП и повышения его роли в деле правового обеспечения торгово-экономического, финансового, информационного, научно-технического взаимодействия между субъектами права различных государств.
Состояние действующего российского законодательства в области МЧП отражает сложившуюся практику включения норм, регулирующих отношения имущественного, стоимостного характера с иностранными элементом, в отраслевые кодификационные акты, такие как ГК РФ, НК РФ, ТК РФ, КТМ РФ и др.
В научных исследованиях отмечается двойственный характер источников правового регулирования международных торгово-экономических отношений, поскольку источниками МЧП являются как международные договоры и международные обычаи, так и национальные нормативные правовые акты, судебная практика и обычаи делового оборота. С этих позиций более объективными являются взгляды Μ. М. Богуславского, который, отмечая двойственность источников МЧП, подчеркивает невозможность разделения МЧП на две части, поскольку предметом регулирования в обоих случаях являются одни и те же гражданско-правовые отношения международного характера. То есть международное и внутригосударственное регулирование международной торгово-экономической деятельности, несмотря на известные различия, определенным образом согласовано, поскольку международно-правовая норма применяется к внешнеэкономическим отношениям в результате ее преобразования в норму внутригосударственного права. При этом наиболее распространенным путем является ратификация международного торгово-экономического договора, издание акта о применении международного договора или издание иного внутригосударственного акта. Проблема источников МЧП является комплексной не только по кругу образующих ее вопросов. Классики МЧП – Μ. М. Богуславский, Л. А. Лунц, Н. И. Марышева, И. С. Перетер- ский, О. Н. Садиков, рассматривая юридическую природу источников МЧП, писали, что система законодательных источников МЧП в каждой стране отражает ее позицию в вопросе о месте МЧП данной страны.
Важную регулятивную роль в МЧП играют результаты нормотворческого процесса международных организаций (межправительственных и неправительственных). Именно через деятельность международных организаций осуществляется процесс унификации МЧП.
Унификация МЧП отражает процесс создания единообразных материальных, коллизионных и процессуальных норм, регулирующих отношения МЧП, на основе сближения положения разных национально-правовых систем. В ходе унификации достигается определенный компромисс между различными правовыми системами нескольких государств.
Основным результатом такой деятельности международных организаций являются международные договоры, хотя в целях сближения положений права разных государств могут разрабатываться разные документы. Не все из них можно отнести к обязательным источникам права. Обязательность их применения определяется уставом соответствующей организации либо зависит от действий и поведения сторон гражданских отношений с иностранным элементом.
- И. С. Зыкин в книге "Договор во внешнеэкономической деятельности" (М.: Международные отношения, 1996. С. 7–8) отмечает, что отношения во внешнеэкономической сфере носят объективный характер, однако однозначного определения внешнеэкономической деятельности и ее отграничения от внешнеторговой деятельности в научной литературе не существует; К. Шмиттгофф в книге "Экспорт: право и практика международной торговли" (М.: Юрид. лит., 1993. С. 9–10) также подчеркивает, что право международной торговли (международное частное право) охватывает самые различные реалии современной деловой жизни и выступает как международное коммерческое право.
Доктрина права. Доктрина права - это высказывания ученых, признанные на официальном, государственном или международном уровне (экспертные заключения, комментарии к законодательству, ответы на запросы официальных органов и должностных лиц). В любом цивилизованном государстве существует «право разногласий»: все ученые вправе высказывать различные мнения по одному и тому же вопросу. Если доктрина имеет практическое применение, то государственные органы полностью свободны в выборе между различными точками зрения, высказанными юристами. Российский законодатель учитывает оценку док-трины как источника международного частного права в других государствах (ст. 1191 Гражданского кодекса, ст. 14 АПК), но не считает разработки российских ученых даже вспомогательным источником права.
В настоящее время доктрина международного частного права широко используется в целях его унификации и гармонизации. Разработки УНИДРУА, Гаагских конференций по МЧП и Комиссии международного права лежат в основе многих международных соглашений и применяются большинством национальных законодателей для усовершенствования международного частного права различных государств. Основной функцией доктрины как источника международного частного права является максимальное восполнение этих пробелов на уровне научных разработок.
Аналогия права и аналогия закона. Аналогия закона подразумевает применение к отношениям (если это не противоречит их существу) законодательства, регулирующего сходные отношения, если эти отношения прямо не урегулированы законодательством, или соглашением сторон, или обычаями делового оборота. Аналогия права применяется, если невозможно использовать аналогию закона: права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и требований законодательства, требований добросовестности, разумности и справедливости. Аналогия права и аналогия закона известны со времен римского права законодательству большинства государств мира. Практически везде эти институты считаются источниками права (ст. 6 Гражданского кодекса, ст. 5 СК, ст. 11 ГПК, ст. 13 АПК). Основными функциями аналогии права и закона в международном частном праве являются: восполнение пробелов, толкование принципа реальной связи закона и существа отношения.
По существу, автономия воли как источник российского обязательственного права закреплена в ст. 421 Гражданского кодекса. Стороны вправе вступать в любые договорные отношения, в том числе и не предусмотренные в ГК, заключать смешанные договоры (договоры, содержащие элементы нескольких самостоятельных контрактов). Однако автономия воли не выделена российским законодателем в качестве самостоятельного источника права, что противоречит и положениям отечественного законодательства, и практике. В российском МЧП с формально-юридической точки зрения авто-номия воли оценивается следующим образом: это не источник права, а только одна из коллизионных привязок (ст. 1210 Гражданского кодекса). Такая оценка абсолютно не соответствует истинному положению вещей , является полностью устаревшей и требует скорейшего пересмотра.
В учебной литературе (М.М. Богуславский, В.Г. Тихиня и др.) указывается на такую особенность источников МЧП как двойственность. С одной стороны - это международные договоры и международные обычаи, а с другой - акты внутреннего законодательства. Положение о том, что вступившие в силу международные договоры Республики Беларусь являются составной частью действующего законодательства не умаляет этой особенности, поскольку международные договоры не сливаются с внутренним законодательством, а занимают особое положение среди актов внутреннего правотворчества.
Среди прочих особенностей можно отметить:
Нормы МЧП содержаться в актах, являющихся источниками различных отраслей национального права - гражданского, семейного, трудового, банковского, гражданского процессуального и др., что делает их источником и МЧП. То есть источники МЧП носят трансотраслевой характер, что обусловлено предметом правового регулирования МЧП;
Международные договоры, регулирующие частноправовые отношения с иностранным элементом, являются источниками только МЧП;
В МЧП на международном уровне и на национальном отсутствует единый кодифицированный акт, содержащий норы МЧП и являющийся только источником МЧП;
Среди источников МЧП - акты, содержащие коллизионные нормы, что не всегда присуще источникам, относящимся к отраслям внутреннего права.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проблема источников МЧП тесно связана с теми проблемами, которые затрагивают МЧП как отрасль. Среди ученых отсутствует единство мнении по вопросу о предмете МЧП, о его месте в системе права и т.д. Можно согласиться с точкой зрения, что МЧП является частью национальной системы права того или иного государства. Это связано не только с тем, что международные договоры как и акты внутреннего законодательства являются «продуктом» воли суверенных субъектов и вводятся в систему внутреннего законодательства, но также с тем, что в различных системах права виды источников МЧП могут отличаться; одни и те же вопросы в одних государствах могут быть отнесены к сфере МЧП, в других государствах - нет.
Таким образом, частноправовые отношения с иностранным элементом регулируются как бы на четырех уровнях: международно-правовыми договорами материально-правового характера; международно-правовыми договорами, содержащими коллизионные нормы; внутренним (национальным) законодательством, содержащими коллизионные нормы права; внутренним материальным законодательством.
ЛИТЕРАТУРА
1. Конституция Республики Беларусь от 15.03.1994 г. (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.) // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
2. Гражданский кодекс Республики Беларусь от 7 декабря 1998 г. №218-3, с изменениями и дополнениями, в ред. от 15.08.2010 г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
3. Гражданский процессуальный кодекс Республики Беларусь от 11 января 1999г. № 238-З, с изменениями и дополнениями, в ред. от 15.08.2010 г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
4. Кодекс торгового мореплавания Республики Беларусь от 15 ноября 1999г. № 321-З, с изменениями и дополнениями, в ред. от 15.08.2010 г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
5. Закон Республики Беларусь «О нормативных правовых актах Республики Беларусь» от 10 января 2000 г. № 361-З, с изменениями и дополнениями, в ред. от 15.08.2010 г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
6. Закон Республики Беларусь «О международных договорах Республики Беларусь». от 23 октября 1991 г. № 1188, с изменениями и дополнениями, в ред. от 15.08.2010 г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
7. Конвенция о договорах международной купли-продажи товаров 1980г. Вступила в силу 1 января 1998г. Для Республики Беларусь - 1 ноября 1990г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
8. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г. // Эталон - Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Респ. Беларусь. - Минск, 2010.
9. Богуславский М.М. Международное частное право. Элементарный курс. - М.: Юрист, 2002.
10. Богуславский М.М. Международное частное право: Учебник. - 4-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрист,2002.
11. Звеков В.П. Международное частное право: Учебник. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрист,2004.
12. Тихиня В.Г., Павлова Л.В. Основы международного права: Учебное пособ. - Мн.: Книжный Дом, 2006.
13. Международное публичное право. Учебник. Под ред. К.А. Бекяшева -
М.: ПРОСПЕКТ, 1998.
14. Общая теория государства и права, Под общ. ред. А.Ф. Вишневского. - 2-е изд., исправ. и доп. - Мн.: Тесей, 1999.
15. Сборник международных договоров. Международная торговля.
Международный гражданский процесс. Сост. И.Ф. Фисенко. - Мн.: Амалфея, 1999.
16. Вабищевич С.С. Внешнеэкономическая деятельность в Республике
Беларусь: правовые перспективы: монография. - Мн.: Молодеж. науч. об-во, 2005.
17. Н.Г. Вилкова: Государство и право, 1998г., № 7.
18. Н.В. Сильченко, О.Н. Толочко: «Теоретические проблемы учения о нормах МЧП». Государство и право, 2000г, № 1.
Источники права - это те формы, в которых находят свое выражение нормы права.
Все источники МЧП можно разделить на международные (договор, обычай, решение межд. организаций) и внутригосударственные (закон, обычай, прецедент).
Для МЧП характерны следующие основные источники:
- · Международные договоры
- · Внутреннее законодательство
- · Судебная и арбитражная практика
- · Обычаи
По российскому законодательству право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров РФ, ГК РФ и других законов, в также обычаев, признаваемых в РФ.
Особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливается законом о международном коммерческом арбитраже.
Основная особенность источников МЧП - двойственный характер (с одной стороны источники МЧП - международные договоры и международные обычаи, а с другой - нормы законодательства и судебной практики отдельных государств и применяемые в них обычаи в области торговли и мореплавания).
1. Международные договоры - результат согласования воль различных государств, принимающих участие в них. Международные соглашения в области МЧП регулируют правоотношения с участием юридических и физических лиц - субъектов внутреннего права, но обязательства по договору возлагаются на государства, участвующие в нем, которые несут ответственность за приведение своего внутреннего права в совместимость со своими международными обязательствами. Но речь идет не обо всех международных договорах, а только о тех, которые направлены на регулирование отношений вот этого невластного характера. (1883 - Гаагская конференция по МЧП, 1955 - Гаагская конференция из регулярно созываемой превратилась в международную организацию. 1928 - УНИДРУА (межд. институт по унификации частного права), занимается международной торговлей, 1964 - дипломатическая конференция, предложено 2 конвенции - «о заключении договоров купли-продажи товаров» и «о купле-продаже товаров», 1980 - Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Венская конвенция), ВОИС - всемирная организация интеллектуальной собственности). Или, скажем, Бернская Конвенция об охране литературных и художественных произведений - тоже многосторонний договор, который регулирует отношения частноправовые. Или, скажем, есть региональные договоры, регулирующие частноправовые отношения, скажем, Евразийская патентная конвенция, которая направлена на регулирование частноправовых отношений, создала единый евразийский патент. Есть, например, конвенция, которая касается получения алиментов за границей - тоже многосторонняя конвенция.
Международные договоры: межгосударственные, межправительственные, межведомственные.
Государства-участники могут выполнить свои международные обязательства путем прямой инкорпорации международного договора в свое внутреннее право или путем издания отдельных внутригосударственных норм на его основе.
2. Международные обычаи, основанные на последовательном и длительном применении одних и тех же правил, доктрина и правила рассматривают в качестве источников МЧП.
Международные обычаи в международных отношениях - это очень широко используемый источник. Он широко используемый потому, что, во-первых, есть система общего права, в которой и прецедент действует, и обычная норма широко используется, и так называемое право справедливости, которое основано на определенных обычаях. В морском праве существует очень много обычаев. По сути дела, и внутри государства есть нормы, которые представляют собой международные обычаи, хотя они зафиксированы внутри государства.
3. Под судебной практикой понимаются проводимые в решениях взгляды судей на какой-либо правовой вопрос, имеющий руководящее значение при решении судами аналогичных вопросов в дальнейшем. Характерен для ряда государств, для которых прецедент - основной источник права (GB, частично США). В GB - система судебных прецедентов, В РФ - законы. При определении права, подлежащего применению, толкование понятий осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом. Если при определении права, подлежащего применению, юридические понятия, требующие квалификации не известны российскому праву или известны в ином словесном обозначении, либо с другим содержанием и не могут быть определены посредством толкования в соответствии с российским правом, то при их квалификации может применяться иностранное прав (ст. 1127 ГК РФ)
Яркий пример - это решения Европейского суда по правам человека. Европейский суд по правам человека принял ряд решений, которые касались вещных прав, которые касались права собственности, например, перехода права собственности. Этих решений набралось уже достаточно много. Кстати говоря, они обязательны на территории Российской Федерации, то есть при решении каких-то вопросов вы на сегодняшний день можете прямо ссылаться на решения Европейского суда по правам человека, потому что при ратификации Европейской конвенции по правам человека в акте ратификации мы четко указали, что мы признаем для себя обязательными решения Европейского суда по правам человека.
4. акты международных организаций. При этом речь идет об актах как международных межгосударственных организаций, так и об актах международных неправительственных организаций. В качестве таких актов международных межгосударственных организаций я могу назвать такие, как Согласительный регламент Юнситрал, действующий в области гражданского процесса, представляет собой акт международной организации Юнситрал. Это комиссия по праву торговли ООН.
В качестве примера акта неправительственной организации, которые тоже действуют в области МЧП, могу назвать такой акт, который вам всем, наверное, известен, это Инкотермс. Он действует сейчас в редакции 2000 года. Инкотермс был принят Международной торговой палатой.
К таким актам относят унифицированные правила по документарному аккредитиву, унифицированные правила по инкассо. Это акты международной неправительственной организации.
- 5. внутреннее законодательство. Сюда входят все императивные нормы внутреннего законодательства и всегда используются нормы, которые непосредственно рассчитаны на регулирование международных отношений в том случае, если в них одной стороной будет являться российское юридическое лицо или российский гражданин. Таких актов у нас достаточно много. По сути дела это почти всё таможенное законодательство, то есть административные вопросы решаются. Таможня только и занимается вопросами экспорта и импорта, перемещения товаров через таможенную границу, через таможенную территорию РФ.
- 6. Внутренний обычай может быть источником МЧП. В качестве примера можно привести обычаи морских торговых портов. У каждого порта имеются свои обычаи. Очень часто действуют банковские обычаи, потому что, вы знаете, банковское право не кодифицировано. Международного банковского права, по большому счету, вообще не существует, каких-то норм международного права, которые бы касались банковской сферы и регулирования банковской деятельности практически нет, за исключением сферы расчетов, которые имеются, и на этом всё заканчивается. Иногда кредитные соглашения заключаются, а в основном там действует внутренний обычай. Более того, специалисты считают, что очень часто каждый банк имеет свои собственные правила, и в эту сферу никто не вторгается: у них такие обычаи и этими обычаями они руководствуются.
Коллизионная норма и ее строение
Коллизионная норма - норма, определяющая право какого государства должно быть применено к соответствующему правоотношению.
Коллизионная норма - норма отсылочного характера, ею можно руководствоваться только вместе с какими-либо материально-правовыми нормами, к которым она отсылает, то есть нормами законодательства, решающим вопрос по существу (i.e. п.1, ст. 1224 ГК РФ).
Значение коллизионных норм заключается в определении права, которое должно быть применено к отношениям, возникающих в условиях международного общения, когда на регулирование таких отношений может претендовать правопорядок нескольких государств и необходимо разрешить возможную коллизию.
Коллизионные нормы МЧП разрешают эту коллизию, подчиняя отношения с иностранным элементом праву определенной страны.
Согласно традиционным представлениям коллизионные нормы включают 2 основных элемента:
- · Гипотезу (объем ) - указание на те отношения, к которым должна применяться коллизионная норма.
- · Диспозицию (привязка ) - указание, на подлежащее применению право (международное, своей страны или иного государства).
Из сути коллизионной нормы вытекает отсутствие в ней санкции, которая должна содержаться в тех материальных нормах, к которым отсылает коллизионная.
Можно выделить 5 видов коллизионных норм :
- 1. национально-правовые и международно-правовые, направленные на достижение международной унификации.
- 2. диспозитивные, императивные и относительно-императивные.
- 3. односторонние и двусторонние.
- 4. основные(генеральные) и дополнительные(субсидиарные).
- 5. нормы, содержащие отсылку не к праву какой-либо определенной страны, а положениям соответствующего международного договора, устанавливающего унифицированную коллизионную привязку по конкретному вопросу.
Виды коллизионных привязок:
- · Закон гражданства лица (lex patriae) и закон места жительства (lex domicilii).
- · Личный закон юридического лица (lex societatis).
- · Закон места нахождения вещи (lex rei sitae).
- · Закон места совершения акта (lex loci actus).
- · Закон места заключения договора (lex loci contractus) и закон места исполнения договора (lex loci solutionis).
- · Закон страны места выполнения работы (lex loci laboris).
- · Закон места совершения правонарушения (lex loci delicti commissi).
- · Закон места заключения брака (lex loci celebrationis).
- · Закон флага (lex flagi).
- · Закон, регулирующий существо отношений (lex causae).
- · Закон суда, рассматривающего спор (lex fori).
- · другие формулы привязок…
Основная функция коллизионных норм - Максимально облегчить отношения с иностранным элементом. Коллизионная норма должна быть построена таким образом, чтобы тот порядок к которому она отсылает был максимально близок к проблеме. Коллизионная норма должна быть в совокупности с той нормой, к которой она отсылает (регулируют они только вместе).
Коллизионная норма может:
- · отсылать к праву собственного государства (где она была создана).
- · отсылать право решения вопроса к международному договору.
- · содержаться как в законах, так и в международных договорах.
Обход закона в МЧП.
Иногда возникает необходимость в обходе законов одного государства и подчинении законам другого государства.
В рамках традиционного коллизионного метода регулирования под этим понятием обычно понимается намеренное и искусственное создание лицом коллизионной привязки гражданско-правового отношения к какой-либо определенной национальной правовой системе, и создание тем самым коллизии законов с целью вызвать применение одного национального закона и избежать применения другого. При этом такой национальный закон, применения которого добиваются, является в каком-либо отношении более благоприятным для заинтересованного лица, чем тот, применения которого это лицо путем создания коллизионной привязки стремится избежать. Следует также отметить, что практически всегда характеристикой указанного правоотношения является то, что все фигурирующие в нем обстоятельства изначально “привязывают” его к неблагоприятному для заинтересованного лица национальному закону, тогда как действиями этого лица создается своеобразная “интернационализация” правоотношения.
Есть государства, в которых «обход закона» юридически запрещен. Обычно в законодательстве устанавливается положение об обходе закона. В законодательстве РФ такого запрета на «обход закона» нет.
Пример: возможность расторжения брака по законодательству другой(второй) страны, если в первой стране отсутствует такая возможность. В таком случае супруги меняют гражданство, разводятся, а затем снова становятся гражданами первого государства.
Обратная отсылка и отсылка к закону третьего государства
Обратная отсылка - ситуация, когда право одного государства отсылает решение вопроса к другому государству, а то его отсылает обратно. Знаменитый принцип Форго о французском наследовательном законодательстве. правовой международный гражданский
Принятие обратной отсылки ведет к сокращению случаев вынесения судами решений на основе иностранного права, что упрощает их работу по упрощению споров. Отсылку к праву другой страны следует понимать как отсылку к материально-правовым нормам.
В России любое указание на право или систему права какого-либо государства должно рассматриваться как отсылающее к материальному праву, а не к его коллизионным нормам. Отрицательное отношение к применению обратной отсылки было в России законодательно закреплено в Законе о международном коммерческом арбитраже 1993 г. По этому закону третейский суд должен разрешать споры в соответствии с такими нормами права, которые стороны избрали в качестве применимых к существу спора.
Оговорка о публичном порядке
Действие коллизионной нормы, т.е. применение иностранного права, может быть ограничено путем использования оговорки о публичном порядке. Согласно правилам, действующим в ряде государств, иностранный закон, к которому отсылает коллизионная норма, может быть не применен и основанные на нем права могут быть не признаны судами или иными органами данного государства, если такое применение закона или признание права противоречило бы публичному порядку данного государства.
Понятие публичного порядка отличается в судебной практике и доктрине многих государств крайней неопределенностью, некоторые ученые утверждают, что неопределенность - основной характерный признак этого понятия. Определение пределов применения этой оговорки во многих государствах полностью предоставляется судейскому усмотрению.
Российское законодательство исходит из того, что в некоторых случаях могут быть установлены ограничения применения иностранного закона. В РФ осторожный подход к вопросу об использовании оговорки о публичном порядке, хотя возможность неприменения иностранного права есть. Наличие принципиального различия между нашим законом и законом другого государства не может само по себе быть основанием для применения оговорки о публичном порядке, поскольку такое применение этой оговорки могло бы привести к отрицанию применения в России права иностранного государства вообще. Таким образом, речь может идти не о противоречии между законами, а о тех отдельных случаях, когда применение иностранного закона могло бы породить результат, не допустимый с т.з. нашего правосознания.
Норма иностранного права в исключительных случаях не применяется: когда последствия ее применения явно противоречили бы основам правопорядка (публичному порядку) РФ. В этом случае при необходимости применяется соответствующая норма российского права. Ст. 1193 ГК РФ: отказ в применении норм иностранного права не может быть основан только на отличии правовой, политической или экономической системы соответствующего государства от правовой, полит. или экон. Системы РФ. На практике судебные и административные органы РФ стараются не прибегать к этой оговорке.
Случаи применения оговорки о публичном порядке к внешнеторговым отношениям в практике РФ не имели места, хотя возможность предусмотрена в законодательстве. Таким образом, широкое применение категории публичного порядка не соответствует задачам МЧП и снижает его роль в налаживании сотрудничества государств с различными правовыми системами.
В современном МЧП широкое признание наряду со ссылкой на оговорку о публичном порядке получила возможность неприменения иностранного права со ссылкой на строго императивные нормы национального права, которые должны пользоваться приоритетом перед нормами иностранного права, подлежащего применению в силу коллизионных норм.
В настоящее время под источниками права в юридико-техническом смысле в общей теории права, как правило, понимается совокупность форм и средств внешнего выражения и закрепления правовых норм. Другими словами, это те национальные законы, подзаконные нормативные правовые документы, международные договоры и акты неписаного права, которые содержат нормы, регулирующие международные немежгосударственные невластные отношения.
Если обобщить все мнения, которые высказывались и высказываются сегодня в литературе по международному частному праву относительно видов источников МЧП , то в их перечень следовало бы включить:
внутреннее законодательство государств;
международные договоры;
судебные прецеденты;
международные и внутригосударственные правовые обычаи и обычаи делового оборота;
правовую доктрину;
право, творимое самими участниками общественных отношений.
Однако, на наш взгляд, не все категории из числа перечисленных выше действительно можно отнести к числу источников международного частного права. Поэтому, не вдаваясь в подробности характеристики их содержания, остановимся предварительно на анализе сущностной основы и способности указанных образований непосредственно регулировать правовыми средствами невластные отношения в международной сфере.
Характер содержания международного частного права как полисистемного комплекса, объединяющего в себе нормы национальных правовых систем и международных договоров публичного права, предопределяет двойственность его источников. Ими, прежде всего, являются акты внутреннего законодательства государств и международные дог воры, а также национальные и международно-правовые обычаи, которые практически повсеместно признаются основными источниками, права в своих правовых системе.
Вместе с тем нельзя не отметить довольно широкое распространение в нашей стране точки зрения о том, международные договоры и обычаи не являются источниками МЧП, так как само международное частное право– это не более чем «элемент системы национального права», источниками которого могут выступать толы национальные нормативные юридические документы: законы и подзаконные акты.
В то же время международные договоры и обычаи способны выступать в качестве источников норм, непосредственно регулирующих отношения между национально-правовыми субъектами различных государств или даже одной страны, в тех случаях, когда их действие в таком качестве будет санкционировано соответствующим государством.(см. далее)
В тех случаях, когда внутригосударственное право санкционирует применение правил международных договоров для регулирования общественных отношений, субъектами которых могут быть физические либо юридические лица, возникает проблема так называемых само исполнимых и несамоисполнимых договоров.
Нормы самоисполнимых договоров в силу их детальной проработанности и завершенности могут применяться для регулирования соответствующих общественных отношений без каких-либо конкретизирующих и дополняющих их норм. Практика зарубежных государств, конституции которых объявляют международные договоры частью права страны или даже выше его (США, Франция, Германия, Испания и др.), показывает, что самоисполнимыми, как правило, являются договоры, регулирующие отношения между национально-правовыми субъектами различной государственной принадлежности, то есть договоры, являющиеся источниками МЧП.
Несамоисполнимый договор , даже если государство санкционирует применение его правил внутри страны, требует для своего исполнения наличия акта внутригосударственного нормотворчества, конкретизирующего положения соответствующего документа. Именно о таких внутренних актах шла речь в приведенных выше статьях ГК РФ и Закона о международных договорах. Необходимость их принятия объясняется тем, что несамоисполнимые международные договоры, как правило, имеют общий характер и определяют известные рамки, масштабы поведения, в пределах которых сами государства устанавливают права и обязанности субъектов национального права. Такие соглашения обычно принимаются в целях достижения определенного урегулирования отношений внутри страны (например, в области обеспечения и соблюдения прав и свобод человека) и не предназначены для регулирования отношений типа МНН.
Изложенное выше позволяет прийти к выводу, что международные договоры и общепризнанные принципы и нормы международного права, наряду с актами национального законодательства отдельных государств, относятся к числу источников МЧП и способны непосредственно регулировать международные немежгосударственные невластные отношения. Поэтому они должны восприниматься и использоваться в этом качестве всеми физическими, юридическими лицами, государственными и общественными органами и организациями.
Необходимо также отметить, что законодательством Российской Федерации установлен принцип приоритетного применения положений международных договоров. Это означает, что в случае если международным договором нашей страны установлены иные правила, чем предусмотренные законодательством РФ, то применяются правила международного договора. Данный факт лишний подчеркивает необходимость тщательного изучения и анализа «международной составляющей» МЧП в процессе осуществления любого вида деятельности, выходящего рамки границ одного государства.
В странах общего (англосаксонского) права, к числу которых можно отнести Великобританию, США, Канаду, Австралию, Новую Зеландию и некоторые другие rocударства, в качестве источников международного частного права, наряду с международными договорами и национальным законодательством, признаются также судебные прецеденты. Под ними в теории права обычно понимал решения судов, вынесенные по конкретному делу и являющиеся обязательными для данных судебных органов, также для всех судов низшей инстанции при рассмотрении ими аналогичных дел в дальнейшем. В таких странах, как Великобритания и США, судебные прецеденты играют даже более существенную роль, чем акты писаного права. В этих государствах положения законов и подзаконных актов могут изменяться или отменяться судебными решениями.
В странах континентальной системы права, в том числе и в России, прецеденты не являются источниками прав. В этих государствах судебная власть не обладает полномочием принимать юридически обязательные нормативные положения, а решения судебных органов обязательны только для тех дел, по которым они вынесены. В тоже время, судебная практика в странах континентальной системы играет существенную роль в вопросах уяснения содержания, правильного применения и толкования правовых норм в процессе их реализации.
Некоторые авторы к числу источников МЧП относят также правовую доктрину – научные труды и высказывания пользующихся известностью и авторитетом иных-юристов. Сторонники этой точки зрения утверждают, что в сфере международного частного права значительно чаще, чем в рамках других нормативных правовых образований, возникает необходимость применения аналогии закона и аналогии права. Данный процесс практически всегда происходит на основе и в рамках концепции и схем, разрабатываемых не на законодательном, а на доктринальном уровне. Все это, по их мнению, предопределяет безусловную практическую значимость соответствующих теоретических конструкций в МЧП.
Нет никаких оснований для определения в качестве источника МЧП и так называемого права , творимого участниками правоотношений. Речь в данном случае идет преимущественно о правилах поведения, разрабатываемых субъектами внешнеэкономических сделок на основе соглашения между ними и закрепляемых в соответствующих контракта. Такие соглашения, дополняя положения нормативных правовых актов, более детально определяют содержание прав и обязанностей сторон сделки, процедуру их реализации, форму и порядок осуществления расчетов между контрагентами, виды и объем их ответственности и т. д.
Изложенное выше позволяет отнести к числу источников международного частного права внутреннее законодательство государств, международные договоры, судебные прецеденты (для стран англосаксонской системы права), а также внутригосударственные и международно-правовые обычаи.
Удельный вес различных источников МЧП в правовых системах государств неодинаков. Он зависит от многих факторов, в числе важнейших из которых следует выделить исторические традиции развития правовых институтов и правовой культуры, а также национальные особенности правотворческой и правоприменительной деятельности той или иной страны. Справедливость такого утверждения нетрудно проследить при более детальном анализе классификации, основных разновидностей и содержания отдельных видов источников международного частного права.
2.2. Внутреннее законодательство государств
В современном мире существуют два основных подхода к проблеме регулирования международных немежгосударственных невластных отношений на уровне национального законодательства. Для первого из них характерно закрепление норм международного частного права в многочисленных отраслевых законах и подзаконных актах внутреннего права. Специфика второго состоит в принятии государством специальных кодификационных законодательных актов по вопросам МЧП.
Российская Федерация относится к числу государств, в которых не существует единой национальной кодификации норм международного частного права. В законодательстве нашей страны подобные положения находят закрепление в отраслевых, комплексных или специальных нормативные правовых актах различного уровня и происхождения. Ключевое положение среди них занимает Конституция РФ 1993 г.
Применительно к МЧП значение Основного закона РФ состоит прежде всего в том, что, закрепляя основы государственного и общественного строя России, Конституция определяет содержание категории «публичный порядок государства» и устанавливает тем самым общие пределы действия иностранных законов и подзаконных актов на территории нашей страны того, некоторый конституционные нормы призваны непосредственно peгулировать отношения типа МИН. Речь в данном случае идет, например, о ч. 3 ст. 62 Конституции, посвященной определению статуса иностранных граждан, или о ст. 8, 67, 75, 79, регламентирующих правовые основы осуществления инвестиционной и внешнеэкономической деятельное
Во внутреннем праве России существует значительное количество нормативных актов, содержащих коллизионные нормы международного частного права. Важнейшими среди них являются Гражданский Кодекс РФ (части которого соответственно были приняты в 1994, 1996 и 2001 г.)
Значительное количество коллизионных норм содержится также в Семейном кодексе РФ от 29 декабря 1995 г.; в разделе VII «Применение семейного законодательства “| семейным отношениям с участием иностранных граждан и лиц без гражданства», а также в Основах законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 г. в главе ХХI «Применение нотариусом норм иностранного права. Международные договоры».
В соответствии с ч. 4 п. 1 ст. 2 части первой ГК РФ 1994 г. к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом, применяются правила, установленные гражданским законодательством Российской Федерации.
Значительное количество норм, относящихся к международному частному праву, содержатся в законах и подзаконных актах Российской Федерации, регламентирующих процедуру осуществления внешнеэкономической и инвестиционной деятельности с иностранным участием. Как правило, эти акты носят комплексный характер и содержат правила поведения, относящиеся к различным отраслям права – административному, финансовому, таможенному, трудовому, гражданскому и др. В числе наиболее важных из них следует назвать Законы «Об иностранных инвестициях в Российской Федерации» от 9 июля 1999 г.; «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» от 25 февраля 1999 г.; «О валютном регулировании и валютном контроле» от 9 октября 1992 г., Таможенный кодекс Российской Федерации от 18 июня 1993 г; «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации» от 7 июля 1993 г.; «О государственном регулировании внешнеторговой деятельности» от 13 декабря 1995 г.; «О соглашениях о разделе продукции» от 30 декабря 1995 г.; «О лизинге» от 29 октября 1998 г.; «О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами» от 14 апреля 1998 г.; «Об экспортном контроле» от 18 июля 1999 г. и др.
Перечень ключевых подзаконных актов в этой области включает, в частности, Указы Президента РФ «О либерализации внешнеэкономической деятельности на территории РСФСР» от 15 ноября 1991 г.; «О совершенствовании Работы с иностранными инвестициями» от 27 сентября 1993 г.; «О деятельности иностранных банков и совместных банков с Участием средств нерезидентов на территории Российской Федерации» от 17 ноября 1993 г.; «О привлечении и использовании в Российской Федерации иностранной рабочей силы» от 16 декабря 1993 г.; «О дополнительных мер по упорядочению привлечения и использования в Российской Федерации иностранной рабочей силы» от 29 апреля 1994 г.; «О дополнительных мерах по привлечению иностранных инвестиций в отрасли материального произведет Российской Федерации» от 25 января 1995 г.; «Об основных принципах осуществления внешнеторговой деятельности. Российской Федерации» от 6 марта 1995 г.; «О государстве ном регулировании внешнеторговых бартерных сделок» 18 августа 1996 г.
Отдельные нормы МЧП нашли свое отражение в Законе «О правовом положении иностранных граждан в CCCI от 24 июня 1981 г., а также в ряде других союзных нормативных актах, продолжающих действовать в настою время на территории РФ. Содержатся они и в таких документах, как Законы «О банках и банковской деятельности в РСФСР» от 2 декабря 1990 г. с последующими изменениями и дополнениями; «Об инвестиционной деятельности в РСФСР» от 26 июня 1991 г.; «О залоге» от 16 января 1992 г.; «О недрах» от 21 февраля 1992 г.; Патентном законе 23 сентября 1992 г.; «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» 23 сентября 1992 г.; «О страховании» от 27 ноября 1992 «О сертификации продукции и услуг» от 10 июня 1993 «Об авторском праве и смежных правах» от 9 июля 1993 г.; «О континентальном шельфе Российской Федерации» от 30 ноября 1995 г.; «Об исключительной экономической зоне российской Федерации» от 17 декабря 1998 г.; Воздушном кодексе Российской Федерации от 19 марта 1997 г.; Кодексе торгового мореплавания Российской Федерации от 30 апреля 1999 г. и др.
Значительное число нормативных актов Российской федерации посвящено вопросам международного гражданского процесса. Соответствующие нормы прежде всего содержатся в Гражданском процессуальном кодексе (ГПК) РСФСР 1964 г. в разделе VI «Гражданские процессуальные права иностранных граждан и лиц без гражданства, иски к иностранным государствам, судебные поручения и решения иностранных судов. Международные договоры». Той же проблеме посвящен раздел V «Производство по делам с участием иностранных, лиц» Арбитражного процессуального кодекса (АПК) Российской Федерации от 5 мая 1995 г. Не менее важное значение в этом смысле имеет и Закон «О международном коммерческом арбитраже» от 7 июля 1993 г., который устанавливает основополагающие принципы и правила рассмотрения споров с иностранным участием в третейских судебных органах России. 21 июля 1997 г. в России был принят Федеральный закон «Об исполнительном производстве», определяющий, среди прочего, порядок совершения исполнительных действий в отношении иностранных граждан, организаций и лиц без гражданства. Им также устанавливается процедура исполнения судебных актов и актов других органов иностранных государств в Российской Федерации.
Весьма близкими к охарактеризованному выше российскому законодательству по содержанию и основополагающим принципам построения являются законы и подзаконные акты, принятые в странах Содружества Независимых Государств.
К числу стран, в национальном праве которых отсутствуют специальные нормативные акты, кодифицирующие нормы МЧП, можно также отнести, в частности, Францию, Португалию, Испанию, Италию, Алжир, Египет, Болгарию, Китай, Монголию, Японию. В этих государствах регулирование международных немежгосударственных невластных отношений осуществляется на основе нормативных предписаний, закрепленных в гражданских, гражданско-процессуальных, семейных, трудовых, торговых кодексах, а также в ряде отраслевых и комплексных нормативных актов. Среди них наиболее известным является Французский гражданский кодекс (Кодекс Наполеона) 1804 г., который оказал решающее воздействие на формирование и развитие цивилистического законодательства многих стран Европы, Азии, Северной и Южной Америки.
Нормативные правовые акты, содержащие нормы международного частного права, начинают играть все более важную роль и в правовой системе тех государств, где на протяжении многих десятков лет безусловное предпочтение отдавалось судебной практике.
Неизбежным следствием охарактеризованного выше подхода к развитию внутригосударственных источников международного частного права является неуклонное увеличение количества нормативных актов, содержащих его нормы. Такая ситуация в конечном счете негативно сказывается на эффективности правоприменительной деятельности в соответствующей сфере. Отсутствие единого кодификационного документа, регламентирующего основополагающие вопросы МЧП, усугубляет проблему противоречивости и пробельности правового регулирования международных немежгосударственных невластных отношений на национально»” уровне, приводит к дублированию одних и тех же положений в различных законодательных актах, порождает их «конкуренцию» друг с другом.
Поэтому все большее распространение во внутригосударственном законодательстве получает практика разработки специальных законов о международном частном праве. К сегодняшнему дню они приняты, в частности, в Австрии (1978 г.), Венгрии (1979 г.), Польше (1965 г.), Румынии (1992 г.), Турции (1982 г.), ФРГ (1986 г.), Швейцарии (1987 г.) и некоторых другихстранах.
Как правило, указанные нормативные акты состоят из трех основных частей, содержащих нормы, которые посвящены регулированию: 1) общих вопросов МЧП (квалификация, взаимность коллизионных норм, установление содержания и пределов действия иностранного права, обратная отсылка, личный статут субъектов МЧП и его изменение, пределы автономии воли сторон правоотношений); 2) коллизионных вопросов, возникающих в рамках широкого круга отношений в сфере гражданского, семейного и трудового права; 3) вопросов международного гражданского процесса (компетенция судов и других внутригосударственных органов при рассмотрении и решении ими дел с участием иностранных субъектов, правовое положение иностранцев в процессе, признание и исполнение иностранных арбитражных и судебных решений и др.).
2.3. Международные договоры
Международные договоры представляют собой соглашения между государствами и другими субъектами международного права, разрабатываемые на основе согласования их волеизъявлений в целях единообразного регулирования определенных разновидностей общественных отношений.
В современном мире нормативно-правовое регулирование взаимоотношений субъектов различной государственной принадлежности уже не может осуществляться исключительно посредством национального законодательства отдельных стран в силу его разрозненности и противоречивости. Все более важное значение в этом процессе придается международным договорам, содержащим нормативные предписания унифицированного характера, специфика подобных соглашений состоит прежде всего в том, что, будучи результатом согласования волеизъявлений властных образований – государств, они, как правило, содержат правила поведения, которые напрямую адресуются участникам международных немежгосударственных невластных отношений (например, физическим или юридическим лицам). Поэтому многие международно-правовые источники МЧП способны, наряду с актами внутригосударственного права, выступать в качестве непосредственных источников юридических прав и обязанностей субъектов конкретных правоотношений.
Характерной особенностью процесса современного международного правотворчества является тенденция расширения участия в нем международных межправительственных организаций (ММПО).
Одной из старейших международных организаций, занимающихся разработкой проектов соглашений в области международного частного права, является Гаагская конференция по международному частному праву (ГКМЧП). Ее первая сессия была проведена в 1893 г. в Гааге по инициативе правительства Нидерландов. Многие годы эта организация не имела постоянной основы функционирования и созывалась от случая к случаю по предложению различных государств.
За период с 1951 по 1996 год в рамках ГКМЧП, таким образом, было принято 32 международных договора.
Значительную работу в области международно-правовой кодификации МЧП проводит также Международный институт унификации частного права (УНИДРУА), основанный в 1926 г. в Риме. В его работе принимают участие более 50 государств мира, включая Россию. Целями Института являются изучение путей гармонизации и согласования частного права групп государств или отдельных стран, разработка его единообразных норм.
Одной из целей деятельности другого международного институционного органа – Комиссии ООН по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) – является разработка проектов международных конвенций и типовых законов в области права международной торговли, коммерческого" арбитража и платежей, международных перевозок. К настоящему времени этим органом было принято несколько важнейших международно-правовых документов в данной области. Комиссия была учреждена на основе резолюции Генеральной Ассамблеи ООН 2205 (XXI) от 17 декабря 1966 г. Она состоит из 36 членов, которые избираются Ассамблеей на шестилетний срок. Проекты документов, разрабатываемых Комиссией, принимаются либо на созываемых Генеральной Ассамблеей ООН конференциях, либо непосредственно на ее пленарных заседаниях.
Международные договоры, разрабатываемые указанными выше, а также некоторыми другими международными организациям, носят универсальный характер и рассчитаны на широкое применение. Однако серьезным препятствием на пути их всеобщего признания и распространения продолжают оставаться как значительные расхождения во взглядах на доктрину и практику международного частного права, существующие в странах англосаксонской и континентальной правовых систем, так и нежелание многих государств мира отказываться от применения собственных национально-правовых актов в пользу унифицированных норм международных договоров.
Данное обстоятельство делает невозможным достижение в ближайшее время всеобщей кодификации коллизионных и материально-правовых норм МЧП на международном уровне. Поэтому, скорее всего, в обозримом будущем нормотворческий процесс в этой области будет развиваться по уже апробированному пути унификации правовых предписаний в отдельных достаточно узких сферах международного частного права.
В одну из таких областей традиционно входят вопросы правового регулирования внешнеторговой деятельности и международных расчетов. В числе международных договоров, уже функционирующих в этой области, можно назвать, в частности:
Венскую конвенцию ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. Разработана ЮНСИТРАЛ. На 25 мая 1998 г. в конвенции принимало участие 51 государство, включая Россию. Указанный документ регулирует процедуру заключения договора международной купли-продажи товаров, а также определяет права и обязанности продавца и покупателя, которые возникают из такого договора;
Конвенцию об исковой давности в международной купле-продаже товаров 1974 г. и Дополнительный протокол к ней 1980 г. Разработана ЮНСИТРАЛ. На 25 мая 1998 г. в конвенции (без учета поправок, вынесенных протоколом) принимали участие 23 государства, включая Россию. Устанавливает единый срок исковой давности для предъявления требований, вытекающих из договора международной купли-продажи, продавцом и покупателем друг другу. Конвенция также содержит нормы, касающиеся начала исчисления, перерыва, продления и изменения срока исковой давности, определения последствий его истечения;
Гаагскую конвенцию о праве, применимом к договорам международной купли продажи товаров 1986 г. Разработана ГКМЧП. Содержит в основном коллизионные нормы, регламентирующие процедуру определения права, применяемого при исполнении внешнеторговых сделок, и устанавливает сферу его действия.
В области международных расчетов в настоящее время наиболее значимыми являются три Женевские конвенции об унификации права, относящегося к векселям, от 7 июня 1930 г. и три последующие конвенции, также подписанные в Женеве, об унификации права, относящегося к чекам, от 19 марта 1931 г. Их положения были признаны большинством стран Европы (Россия присоединилась только к конвенции по векселям), Бразилией и Японией. Страны англосаксонской системы права практически не принимают участия в этих договорах. Для ликвидации такой ситуации ЮНСИТРАЛ подготовила проект новой Конвенции о международных переводных и международных простых векселях, который был одобрен Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1988 г.
Значительное количество международных договоров заключено в области транспорта, перевозки грузов и пассажиров. В числе наиболее значимых из них можно назвать Международную конвенцию по унификации некоторых правил о коносаменте 1924 г. с изменениями, внесенными в нее протоколами, подписанными в г. Брюсселе в 1968 и 1979 гг.; Варшавскую конвенцию по унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок 1929 г. с дополнительным протоколом к ней 1955 г. Конвенцию о договоре международной перевозки грузов автомобильным транспортом 1956 г.; Соглашение о перевозке пассажиров и багажа по железным дорогам в прямом международном сообщении 1950 г.; Соглашение о международном грузовом сообщении 1951 г.; Конвенцию ООН о морской перевозке грузов (Гамбургские правила) 1978 г.; Конвенцию о международных железнодорожных перевозках грузов, пассажиров и багажа 1980 г.; Конвенцию ООН о международных смешанных перевозках грузов 1980 г.
В качестве самостоятельной можно также выделить довольно многочисленную группу международно-правовых соглашений по вопросам интеллектуальной собственности, в большинстве которых участвует Российская Федерация.
К их числу относится один из старейших источников современного международного частного права – Парижская конференция по охране промышленной собственности 1883 г., участниками которой являются более 140 государств мира.
Другой важный документ в этой области – Договор о патентной кооперации (РСТ) 1970 г. Сегодня он объединяет около 100 государств мира. Договор направлен на повышение единообразия патентного права государств, уменьшение стоимости подачи патентных заявок и проведения предварительной экспертизы. Им предусматривается возможность составления и подачи так называемой международной патентной заявки. Подобный механизм в отношении товарных знаков предусмотрен Мадридской конвенцией о международной регистрации фабричных и товарных знаков 1891 г. и Венским договором о регистрации товарных знаков 1973 г. Упрощению административной процедуры регистрации товарных знаков призвано также служить Ниццское соглашение о международной классификации товаров и услуг 1957 г.
Вопросам международно-правового регулирования процедуры рассмотрения инвестиционных споров посвящены Вашингтонская конвенция о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами 1965 г. и Конвенция об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций, подписанная в Сеуле в 1985 г. Успешная реализация Вашингтонской конвенции послужила основанием для принятия в 1978 г. Дополнительного протокола к ней для осуществления примирительной процедуры и арбитражного урегулирования производства по установлению фактов.
Активная нормотворческая деятельность в области международного частного права ведется не только на универсальном, но и на региональном уровне. Здесь в числе наиболее важных международно-правовых источников МЧП следует прежде всего упомянуть кодекс международного частного права (Кодекс Бустаманте ), который был принят в 1928 г. на VI Международной Американской конференции в Гаване. В настоящее время участниками этого договора являются 15 государств Латинской Америки. Кодекс Бустаманте представляет собой наиболее яркий пример успешной кодификации норм коллизионного права, предпринятой на межгосударственном уровне. В этом обширнейшем документе, насчитывающем 437 статей, регламентируются, в частности, вопросы право– и дееспособности физических лиц, семейного и обязательственного права, права собственности, международного торгового и уголовного права, международного гражданского процесса.
Процесс международно-правовой унификации норм международного частного права интенсивно развивается в странах Европейского Союза (ЕС). Для иллюстрации этого факта достаточно упомянуть такие известные документы, принятые в рамках ЕС, как Брюссельская конвенция о взаимном признании компаний 1968 г.; Брюссельская конвенция о юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам 1968 г.; Европейская конвенция о государственном иммунитете 1972 г.; Римская конвенция о праве, применимом к договорным обязательствам 1980 г. В этот перечень можно также включить Соглашение о подсудности и исполнении судебных решений по гражданским и торговым делам, которое в 1980 г. заключили между собой государства, входящие в Европейскую ассоциацию свободной торговли (ЕАСТ).
Несколько важных международных договоров, посвященных регулированию вопросов, составляющих предмет МЧП, было принято в рамках Содружества Независимых Государств (СНГ). В их числе можно, в частности, назвать Соглашение о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности от 20 марта 1992 г.; Соглашение об общих условиях поставок товаров между организациями государств – участников СНГ от 20 марта 1992 г.; Конвенцию о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г.; Соглашение о мерах по охране промышленной собственности и создании Межгосударственного совета по вопросам охраны промышленной собственности от 12 марта 1993 г.; Договор о создании Экономического союза от 24 сентября 1993 г.; Соглашение о статусе Экономического суда СНГ от 6 июля 1994 г.; Конвенцию о защите прав инвесторов от 28 марта 1997 г. и ряд других.
Значительный пласт международно-правовых источников МЧП составляют двусторонние договоры. Их преимущество перед договорами многосторонними состоит прежде всего в наличии возможности лучшего сбалансирования интересов сторон в текстах соглашений, недостаток – в создании дифференцированного режима правового регулирования двусторонних отношений государств в одной и той же области. Теоретически подобные договоры могут заключаться по любым вопросам МЧП, содержать как коллизионные, так и материально-правовые нормы или носить комплексный характер. Рассмотрим некоторые наиболее важные виды двусторонних соглашений, принимая за основу договоры, заключенные СССР и его правопреемницей Российской Федерацией.
В этом перечне прежде всего необходимо упомянуть договоры по оказанию правовой помощи. Их основная цель состоит в обеспечении взаимного соблюдения и признания имущественных, личных неимущественных и процессуальных прав граждан одного государства на территории другого. Подавляющее большинство соглашений о правовой помощи содержит также комплекс норм, определяющих виды, формы и способы сотрудничества органов юстиции различных государств в области гражданского, семейного или уголовного права, а также обеспечивающих взаимное признание актов этих органов.
К настоящему времени Россия является стороной договоров о правовой помощи, заключенных с Азербайджаном (1992 г.), Албанией (1995 г.), Алжиром {1982 г.), Болгарией (1975 г.), Вьетнамом (1981 г.), Грецией (1995 г.), Грузией (1995 г.), Египтом (1997 г.), Ираком (1973 г.), Ираном (1996 г.), Испанией (1990 г.), Италией (1979 г.), Йеменом (1985 г.), Кипром (1984 г.), Китаем (1992 г.), Кубой (1984 г.), Кыргызстаном (1992 г.), Литвой (1992 г.), Латвией и Эстонией (1993 г.), Молдовой (1993 г.), Польшей (1996 г.), Румынией (1958 г.), США (1995 г.), Тунисом (1984 г.), Туркменистаном (1995 г.), Швейцарией (1994 г.) и некоторыми другими государствами.
Не менее важную роль в системе международно-правовых источников МЧП играют торговые договоры (о торговле, о торговле и экономическом сотрудничестве, о торговых и экономических отношениях, о торговле и мореплавании и т. п.). В них, как правило, устанавливается общий правовой режим, на основе которого осуществляются коммерческие взаимоотношения сторон и их субъектов друг с другом, определяется правовой статус юридических и физических лиц одной стороны на территории другой, содержатся правила о порядке разрешения торговых споров. В числе последних соглашений, заключенных в этой области, можно, в частности, упомянуть договоры с США (1990 г.); Китаем, Канадой и Индией (1992 г.); Австрией, Польшей, Словенией, Швецией (1993 г.); Швейцарией и Марокко (1994 г.); Ливаном (1995 г.).
В конце 80-х – начале 90-х годов СССР, а позднее – Россией, было подписано значительное количество двусторонних договоров о поощрении и взаимной защите капиталовложений. На сегодняшний день Россия является стороной договоров о поощрении и взаимной защите капиталовложений, подписанных с Австрией (1990 г.), Албанией (1995 г.), Аргентиной (1998 г.), Бельгией (1989 г.), Болгарией (1993 г.), Великобританией (1989 г.), Венгрией (1995 г.), Вьетнамом (1994 г.), Германией (1989 г.), Грецией (1993 г.), Данией (1993 г.), Египтом (1997 г.), Индией (1994 г.), Испанией (1990 г.), Италией (1996 г.), Канадой (1989 г.), Кипром (1997 г.), Китаем (1990 г.), КНДР (1996 г.), Кореей (1990 г.), Кубой (1993 г.), Кувейтом (1994 г.), Латвией (1993 г.), Ливаном (1997 г.), Македонией (1997 г.), Молдовой (199& г.), Нидерландами (1989 г.), Норвегией (1995 г.), Польшей (1992 г.), Румынией (1993 г.), Словакией (1993 г.), США (1992 г.), Турцией (1997 г.), Филиппинами (1997 г.), Финляндией (1989 г.), Францией (1989 г.), Хорватией (1996 г.), Швейцарией (1990 г.), Швецией (1995 г.), Чехией (1993 г.), Югославией (1995 г.) и некоторыми другими государствами.
В числе других разновидностей двусторонних договоров, которые являются источниками международного частного права, необходимо упомянуть, в частности, соглашения по охране авторских прав и промышленной собственности, соглашения в области автомобильного, воздушного и морского транспорта, соглашения по вопросам международного гражданского процесса и некоторые другие.
В заключение этого вопроса несколько слов следует сказать о двусторонних международно-правовых документах, не являющихся источниками МЧП, но оказывающих тем не менее значительное влияние на отношения, составляющие его предмет. В их числе особое место занимают консульские конвенции и договоры об устранении двойного налогообложения. Первые, в частности, определяют полномочия консульских учреждений по представлению своих физических и юридических лиц, а также защите их прав и законных интересов в официальных органах иностранного государства, в том числе в связи с решением вопросов гражданско-правового характера. Основной целью вторых является упорядочение взаимоотношений участников международных экономических связей с налоговыми органами стран-участниц, сокращение объема налоговых отчислений, а в некоторых случаях полное освобождение от их уплаты отдельных категорий физических или юридических лиц. На сегодняшний день наша страна участвует в более чем 30 договорах об устранении двойного налогообложения, включая соглашения, подписанные с Австрией, Бельгией, Великобританией, Венгрией, Испанией, Индией, Италией, Канадой, Кореей, Словенией, США, Францией, ФРГ, Чехией, Швейцарией, Швецией, Югославией, Японией и некоторыми другими государствами.
2.4. Судебные прецеденты
Прецедентное право представляет собой совокупность норм, сформулированных в решениях судебных органов.(см. далее)
На сегодняшний день прецедентное право получило наибольшее распространение в странах, территории которых входили в свое время в состав Британской империи. В их числе следует назвать Великобританию, США, Австралию, Новую Зеландию, Канаду. В своей совокупности эти и некоторые другие государства образуют сегодня группу стран так называемой «англосаксонской системы права».
Исторически прецедентное право начало развиваться как совокупность общего права (common law) и права справедливости (law of equity). Различие между этими категориями впервые обозначилось около 600 лет назад в средневековой Англии, где существовали две основные разновидности судебных органов, каждой из которых было свойственно свое специфическое отношение к осуществлению правосудия. Если суды права справедливости отличал гибкий и творческий подход к оценке фактических обстоятельств дела, то для судов общего права было характерно более консервативное и традиционное отношение к процедуре разрешения споров и вынесению решений. Поэтому именно в судах права справедливости были выработаны такие важные цивилистические институты, не известные в то время общему праву, как доверительная собственность (trust), институт принуждения к исполнению договорного обязательства в натуре (specific performance) и другие.
Поэтому именно общее право сегодня фактически составляет содержание того, что в доктрине принято именовать правом судебных прецедентов, или прецедентным правом.
Для правильного понимания существа прецедентного права очень важно уяснить содержание трех категорий, известных в странах англосаксонской системы под латинскими терминами stare decisis, ratio decidenti и dictum.
Stare decisis (дословно – придерживаться того, что было решено) – принцип, в соответствии с которым решение, вынесенное судебным органом, является обязательным при последующем разрешении аналогичного дела тем же самым судом или судом соответствующей юрисдикции низшей инстанции. Так, например, в США решение, принятое первичным судом какого-либо штата, будет создавать нормы права для будущих решений только данного суда, а не для других судов аналогичной юрисдикции этого или другого штата или апелляционных судов. В то же время решения Верховного Суда США будут являться обязательными для всех судебных органов этой страны.
Органы, применяющие прецедентное право, учитывают не все решение соответствующего суда, а лишь ту его часть, где сформулированы принципиальные правовые положения, на которых основано само решение. Именно они обозначаются в доктрине термином ratio decidenti. В свою очередь dictum (или obiter dictum) – заявления, ремарки, замечания, нашедшие отражение в решении суда, но не создающие тем не менее его правовую основу. Различие между указанными составляющими судебного решения не всегда достаточно просто установить. Поэтому вопрос о том, что есть в данном конкретном решении ratio decidenti, а что – dictum, определяет во многих случаях существо юридического анализа ситуации и содержание аргументов сторон в судебном заседании.
Суды стран общего права обладают большой свободой в определении тех случаев, когда в качестве регулятора тех или иных общественных отношений может быть использован прецедент. Это объясняется тем, что в реальной жизни практически не существует дел, полностью идентичных друг другу. Применение прецедента возможно только в тех случаях, когда наиболее важные фактические составляющие рассматриваемого спора или ситуации не отличаются от соответствующих обстоятельств дела, по которому ранее уже было вынесено решение, обладающее силой прецедента. Более того, указанные факты должны играть ключевую роль в обосновании принятия именно такого решения в прошлом. Поэтому суды могут прийти к выводу о невозможности использования прецедента, если установят, что соответствующие дела отличаются друг от друга по некоторым важным фактическим обстоятельствам, даже если по внешним признакам они будут казаться очень похожими друг на друга. Здесь также важно отметить, что если суд придет к выводу, что нормы определенного прецедента устарели и не отвечают сложившимся реалиям современного правового регулирования, то он может пересмотреть их в своем решении, создав, таким образом, новый прецедент.
Доктрина прецедентов предполагает, что решения судов общего права должны приниматься во внимание даже в тех случаях, когда они не обладают обязывающей силой. Это обстоятельство объясняет тот факт, что юристы довольно часто обращаются в своей деятельности к решениям, вынесенным судами, функционирующими в других, частях данного государства или даже в других странах общего права, а также судами, обладающими иной юрисдикцией. Изучение решений таких судов позволяет практическим работникам более глубоко проанализировать правовые принципы и юридические аргументы, которые были использованы в соответствующих ситуациях, и добиться принятия более оправданного с правовой точки зрения решения в данном конкретном случае.
В странах общего права ведется постоянная кропотливая работа по обобщению и официальному изданию наиболее важных судебных решений. В их числе применительно к международному частному праву особого внимания заслуживают опубликованный в Великобритании курс Дайси и Свод законов о конфликте законов, выдержавший несколько изданий в Соединенных Штатах Америки (1934 г. и 1971 г.). Следует также отметить, что решения судов всех штатов США включаются в специальные региональные «доклады», публикуемые частными издателями для удобства клиентов. Решения федеральных судебных органов США издаются в рамках отдельных «докладов».
Однако подобные сборники нельзя в полной мере отнести к числу источников МЧП. Данное обстоятельство определяется тем, что, как уже указывалось выше, обязывающей юридической силой могут обладать только отдельные части судебных решений и возможность использования их положений в качестве прецедентов каждый раз заново определяется соответствующими судебными инстанциями.
В настоящее время судебная практика, несмотря на наличие официальной отрицательной позиции законодателя по этому вопросу, фактически признается источником права во многих государствах романо-германской семьи правовых систем (страны континентальной системы права). В правовой доктрине этих стран «все большее признание получают концепции, стремящиеся освободить судью «из под опеки закона», оправдать ничем не ограниченную свободу судебного усмотрения… При этом делаются ссылки на необходимость обеспечить стабильность права, что, по их мнению, может быть достигнуто через ослабление зависимости судьи от нормотворческой деятельности парламента, который из-за происходящей в нем политической борьбы не в состоянии обеспечить столь нужной для права преемственности».
Формально сегодня в государствах континентальной системы права, как и прежде, действует принцип: решение обязательно только для того дела, по которому оно вынесено. Однако в реальной практике суды низшей инстанции вынуждены руководствоваться решениями вышестоящих судов по аналогичным делам. В противном случае решения судов низшей инстанции могут быть отменены.
Возможность осуществления судом нормотворческой деятельности закреплена даже в некоторых законодательных актах европейских государств. Особую известность в этом смысле приобрела ст. 1 Швейцарского гражданского кодекса 1907 г. В ней прямо признается наличие пробелов в законодательстве и предоставляется судье право восполнять их в необходимых случаях. Значительную активность в оправдании широкого судебного правотворчества проявляют также германские юристы. Из толкования ст. 20 Конституции ФРГ, гласящей, что «правосудие связано законом и правом», они выводят принципиальную возможность для суда формулировать нормы, не содержащиеся в законе. Подобная позиция получила распространение и в таких, в частности, государствах, как Португалия, Япония, Мексика, Испания.
2.5. Правовые обычаи и обыкновения как регуляторы отношений в области международного частного права
Одним из источников современного международного частного права является правовой обычай . Он представляет собой сложившееся на практике правило поведения, за которым компетентными государственными органами признается юридически обязательный характер. К числу основных признаков, которым должна соответствовать практика, составляющая содержание обычая, обычно относят: продолжительность ее существования, постоянность и однородность соблюдения, определенность, не противоречие публичному порядку.
Нормативные положения международно-правовых и национальных обычаев будут являться обязательными для субъектов правоотношений только в том случае, если они в какой-либо форме признаны соответствующим государством. Такое санкционирование применения практики в качестве юридически обязательного правила поведения, которое в доктрине обозначается термином opinio juris, является необходимым условием возникновения и существования самого обычая Формой внешнего выражения opinio juris может, в частности, служить признание неписаных правил поведения в качестве обычных норм права в решениях судов или официальных заявлениях (коммюнике, декларациях, меморандумах и др.) государственных органов и их должностных лиц.
Помимо обычаев, имеющих нормативно-правовой характер и применяющихся так же, как и любая другая норма права, в доктрине и практике выделяются еще так называемые обыкновения (торговые обычаи или обычаи делового оборота), играющие особенно большую роль при регулировании отношений сторон по торговым сделкам. Пункт 1 ст. 5 ГК России определяет обычаи делового оборота как «сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе». Как указывается в п. 3 ст. 28 Закона РФ о международном коммерческом арбитраже 1993 г., «во всех случаях третейский суд принимает решения в соответствии с условиями договора и с учетом торговых обычаев, применимых к данной сделке».
Таким образом, подобно обычаям, обыкновения – это правила поведения, сложившиеся в определенной области предпринимательской деятельности на основе постоянного и единообразного их применения. В то же время, в отличие от обычаев, они не являются источником права и применяются только при условии, что эти правила известны сторонам и нашли отражение в договоре в виде прямой или подразумеваемой отсылки к ним.
Торговые обыкновения рассматриваются судом в качестве составной части заключенного контракта, если такое правило не было исключено сторонами в какой-либо форме. Подтверждением этого тезиса может, в частности, служить п. 2 ст. 5 ГК Российской Федерации, который устанавливает, что «обычаи делового оборота, противоречащие обязательным для участников соответствующего отношения положениям законодательства или договору, не применяются».
В настоящее время по сравнению с другими источниками права обычаи делового оборота и торговые обычаи играют вспомогательную роль и применяются в большинстве своем в тех случаях, когда в национальном законе или международном договоре вообще отсутствует соответствующее предписание или оно недостаточно полно.
Изложенное выше позволяет прийти к выводу, что использование обыкновения в качестве нормативного регулятора международных немежгосударственных невластных отношений возможно в случаях, когда: 1) это вытекает из договора, заключенного сторонами; 2) к нему отсылает норма национального законодательства какого-либо государства; 3) его применение основывается на положениях международного договора, регулирующего взаимоотношения сторон.
Наиболее употребимые в деловой практике обыкновения были обобщены некоторыми международными организациями и нашли отражение в их публикациях. Среди подобных изданий наибольшую известность получили такие документы Международной торговой палаты (МТП), расположенной в г. Париже, как Международные правила толкования торговых терминов (ИНКОТЕРМС) в редакции 1936, 1953, 1967, 1976, 1980 и 1990 гг.; Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов в редакции 1993 г.; Унифицированные правила по инкассо в редакции 1995 г.; Унифицированные правила для договорных гарантий 1978 г.; Правила регулирования договорных отношений 1979 г. и др.
Отграничение правовых обычаев от обыкновений не всегда просто осуществить, тем более что обыкновения в ходе их применения зачастую перерастают в обычаи. Кроме того, в праве каждой страны существует свой специфический подход как к определению обычая в качестве правовой нормы, так и к вопросу о границе между обычаем и обыкновением. Достаточно сказать, например, что в Испании и Ираке ИНКОТЕРМС имеют силу закона, а во Франции и Германии квалифицируются как международный торговый обычай. В свою очередь, Указом Президента Украины от 4 октября 1994 г. установлено, что при заключении субъектами предпринимательской деятельности Украины договоров, в том числе внешнеэкономических контрактов, предметом которых являются товары (работы, услуги), применяются правила ИНКОТЕРМС.
Огромное значение в современном международном деловом обороте имеют типовые договоры , или так называемые формуляры . Их условия заранее вырабатываются крупной компанией или производственным объединением, которое господствует на рынке соответствующего товара или услуги, и предлагаются иностранному контрагенту для подписания. При этом последний довольно часто не имеет возможности ни изменять, ни даже обсуждать предлагаемые условия. Такая ситуация наиболее типична в тех сферах, где существует фактическая или юридическая монополия крупных транснациональных корпораций.
В современном гражданском праве западных стран прослеживается тенденция придания типовым договорам нормативного значения. Поэтому, хотя формуляры строго юридически и не являются источниками права, но по существу в некоторых отношениях, в которых участвуют соответствующие организации, они заменяют нормы действующего законодательства, а их положениям придается сила норм торговых обычаев или обычаев делового оборота.